На танке – до Берлина. Воспоминаниями об участнике ВОВ поделилась семья Сухойван

В нашем районе не осталось живых ветеранов, но память о подвиге тех, кто подарил нам жизнь в свободной стране, живёт в сердцах благодарных потомков и помогает верить, что и те испытания, которые выпали на долю современных поколений, завершатся нашей победой над поднявшими головы неонацистами. Сегодня своими воспоминаниями об участнике Великой Отечественной войны с нашими читателями делится семья Сухойван из Борисовки.

Николай Васильевич Сухойван родился 5 апреля 1913 года. Окончив школу в Борисовке, поступил в Грайворонское педагогическое училище. Получил там специальность учителя начальных классов и начал трудовой путь в одной из сельских школ на той территории. Он мог бы посвятить всю свою жизнь одной из самых мирных и созидательных профессий – воспитанию и обучению ребятишек, но… грянула Великая Отечественная война.

«Отца призвали на фронт спустя меньше, чем три месяца с начала войны – 20 сентября 1941 года, а вернулся он на Родину только в 1949 году, – рассказывает сын участника войны Владимир Николаевич Сухойван. – К счастью, он уцелел в горниле многих ожесточённых сражений, хотя в боях за освобождение Польши был тяжело ранен и получил серьёзную контузию. В армии по призыву он не был, но имел образование, а любое образование высоко ценилось в то время. Наверное, поэтому его без армейской подготовки и воинского звания направили на ускоренные курсы танкистов в Ульяновском танковом училище. Он рассказывал нам, что обучение длилось буквально месяца три. После этого он сразу был назначен командиром танкового взвода в звании лейтенанта. Так, на танке он и прошёл всю войну до самого Берлина, участвовал в его освобождении и расписался на Рейхстаге».

Николай Васильевич Сухойван воевал в составе 1-го Белорусского фронта 114-го гвардейского танкового полка 14-й гвардейской кавалерийской дивизии, 82-го запасного стрелкового полка 17-й запасной стрелковой дивизии, 27-го танкового полка. Завершил свой боевой путь в звании старшего лейтенанта.

«О войне отец рассказывал нам, сыновьям, мало, но честно, – продолжает гость редакции. – Война – самая трудная и опасная работа, если это можно так назвать. Особенно трудно пришлось при освобождении Белоруссии, Польши, да и в Германии было не легче – фашисты повсюду сопротивлялись отчаянно. Но трудности были связаны не только с этим. Фронтовой быт даже в самых правдивых фильмах о войне зачастую остаётся за кадром. А ведь только представьте, что нашим бойцам пришлось жить почти четыре года большей частью в полевых условиях. Например, отец рассказывал, что однажды их подразделение пошло на прорыв, и танки ушли километров на 50 от основного состава».

Обоз шёл до них несколько суток, так что им пришлось есть мёрзлую картошку. Но никто не отчаивался и не падал духом. Все понимали, что врага надо победить любой ценой, какой бы высокой она ни оказалась. Чтобы добраться до фашистского логова, моему отцу пришлось пройти с боями через всю Белоруссию и Польшу. Особенно тяжело танкистам приходилось в белорусских болотах и при форсировании рек. Машины вязли в трясине чуть ли не по самые башни. Поэтому сначала делали настил из брёвен. Валили деревья в основном с помощью топоров, укладывали соответственно вручную и только после нескольких дней такой тяжкой работы могли двигаться дальше. Для перехода через реки строили плоты тоже своими силами – отдельных подразделений для этого не было.

За беспримерное мужество и стойкость, проявленные на фронтах Великой Отечественной войны, Николай Васильевич Сухойван награждён Орденами Красной Звезды, Красного Знамени и Отечественной войны I степени, медалями «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

В наградном листе по представлению лейтенанта командира взвода 3-й танковой роты 114-го танкового полка Николая Сухойван к ордену Красной Звезды от 5 мая 1944 года сообщается: «В период боевых действий с 1 по 3 мая 1944 года за населённый пункт Дулибы тов. Сухойван трижды водил в атаку свой танковый взвод, в составе экипажа своего танка уничтожил два станковых пулемёта, бронетранспортёр, три миномёта, пять ручных пулемётов и до взвода пехоты противника.

В результате стремительной и смелой танковой атаки противник был выбит из сильно укреплённого рубежа, и населённый пункт Дулибы был освобождён от немецких захватчиков.

1 мая 1944 года Николай Васильевич был тяжело ранен, но после госпиталя вернулся в строй и продолжил свой путь к Победе. В январе 1945 года шли тяжелейшие бои за освобождение Варшавы. И вновь наш земляк проявил мужество и отвагу. 25 января 1945 года командир танкового взвода Т-70 114-го танкового полка старший лейтенант Николай Сухойван был представлен к ордену Красного Знамени. В наградном листе за подписью командира 114-го танкового полка гвардии подполковника Писаренко читаем: «В период боевых действий с 14 по 20 января 1945 года взвод старшего лейтенанта Сухойван нанёс противнику следующий урон в живой силе и технике противника: в районе Александров убито и уничтожено солдат и офицеров – 120, артбатарея – 1, минбатарея – 1, автомашин грузовых – 15, подвод – 40, ручных пулемётов – 3, захвачены трофеи: миномётов тяжёлых – 4, пушек 75 мм – 4, пушек 45 мм – 4, вездеход – 1, лошадей – 80.

«У отца был даже польский орден, который ему вручили за освобождение Варшавы. Настолько поляки были благодарны советским воинам. Удивительно, куда только делась та благодарность и память?! Уж очень скоро они всё позабыли, а жаль, – справедливо отмечает мой собеседник. – Победу отец встретил в Берлине, конечно, это была безграничная радость для всех. Но сразу после Победы и демобилизации отец не смог вернуться домой. В Германии был сформирован советский контингент войск, и его оставили учить детей наших военнослужащих в одном из военных городков. Работал он там четыре года и только в 1949 году вернулся в Борисовку. Моя бабушка, его мама, не дождалась возвращения сына, а дедушка дожил до 1952 года. В Борисовке отец встретил и мою маму Александру Васильевну. Они создали семью в 1951 году, построили дом на улице Чапаева. Всю жизнь держали корову и большое хозяйство, сажали огород».

В родных местах Николай Васильевич продолжил учительствовать. Первое время был военруком в школе имени Кирова.

 «Я помню, что оружие он хранил дома, потому что оружейной комнаты в школе не было. Нам с братом строго-настрого приказал к нему не прикасаться, и мы этот запрет даже не думали нарушить, – продолжил рассказ Владимир Николаевич. – А когда в Новоалександровке освободилось место учителя начальных классов, он сразу же перешёл туда: видно, очень хотел всё-таки учить малышей. Летом на работу ездил на велосипеде, а на зиму ему выделяли лошадку. И как только открылась Борисовская школа №1, он устроился в неё. В итоге у него было больше 30 лет педагогического стажа, включая период в Германии. На пенсию он ушёл в 1976 году в возрасте 63 лет. Признавался, что самая трудная работа – воспитывать детей. Своих и чужих детей он искренне любил. Ни разу не поднял ни на кого руку. У многих женщин меньше терпения в этом смысле, чем было у него. Ему, как мужчине, было сложно, особенно с первоклассниками и с нами, родными детьми. Нас, как бы мы ни набедокурили, воспитывал только словом, говорил: «Мне что, в школу не ходить, чтобы о ваших проделках не слушать?!». После этого мы становились тише воды, ниже травы. А что касается войны, он очень не любил эту тему и всеми силами отмалчивался, когда мы спрашивали. Не хотел вспоминать о тех испытаниях, которые сам прошёл, да и нашу психику берёг. Он был ранен в ногу – остался глубокий шрам, а после серьёзной контузии часто мучили головные боли на погоду и не только. Я помню, как он то листья хрена прикладывал к вискам, может, кто посоветовал так делать, то аспирин пил, но всё это не очень помогало. А более сильных таблеток тогда не было. Он безгранично любил жизнь, природу. Дожил до 1994 года, умер в 81 год».

 Владимир Николаевич рассказал, что они с детьми бережно хранят память о своём героическом предке и обязательно передадут её младшим представителям семьи: шестерым внукам и восьмерым правнукам ветерана. Его жизнь стала отражением времени великих потрясений, героизма и созидания, ведь учителя-фронтовики занимали особо почётное место в советском образовании. А для родных он навсегда остался примером настоящего человеческого достоинства и жизнелюбия.