Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
18:48, 13 сентября 2017
 252

Борисовцы сохранили в памяти заслуги колхоза «Свободный труд», 50 лет назад удостоенного Ордена Ленина

Борисовцы сохранили в памяти заслуги колхоза «Свободный труд», 50 лет назад удостоенного Ордена Ленина
  • Репортаж

Высшую награду СССР коллективное хозяйство получило 5 августа 1967 года

Улица эта в Березовке носит сегодня имя вождя пролетариата Владимира Ленина. А в народе ее называют Винники. И все потому, что здесь с давних пор проживает немало людей с фамилией Винник. Есть среди них родственники, есть просто однофамильцы, но все они с настоящей крестьянской жилкой, труженики, каких поискать надо. Здесь, на сельской улице, на лавке у колодца мы и встретились с представителями этой распространенной в селе фамилии.

Екатерина Ильинична, Любовь Павловна, Прасковья Кузьминична, Александра Афанасьевна, Иван Федорович – все они в свое время работали в колхозе «Свободный труд», были передовиками. Телятница, доярки, слесарь – это и их трудом была заработана высшая награда Родины, орден Ленина, врученная хозяйству пятьдесят лет назад.

— Знаете, — начала разговор Екатерина Ильинична, — пока мы были молоды, гордились той наградой. А сейчас, когда уже почти три десятка лет на пенсии, когда нет уже и в помине того колхоза, которому мы отдавали все свои силы и здоровье, как‑то не очень гордость берет. Я вот телятницей работала и коров доила. В те советские времена трудовому человеку больше почета и уважения было. Да, многим из нас не хватало образования, но мы старались лучше работать, чтобы наш труд заметили. Нам трудно было выступать с больших трибун. Однажды меня как передовую телятницу пригласили на какое‑то совещание в район. Усадили в президиум, дали бумажку и сказали, чтобы прочла, что там написано, когда вызовут. Время подошло, вызвали. А я вышла на трибуну и ничего в той бумажке не разберу. Тот, кто совещание вел, мне очки протягивает.

— Поделись, — говорит, — Екатерина, опытом работы, расскажи, как добиваешься таких привесов у телят.

— А я, — отвечаю ему, — по бумажке не могу. Вопросы задавайте, расскажу.

Тут и началось: «Сколько вы в год телят набираете?», «Как ухаживаете?», «Чем кормите?». Отвечала, как могла, все начистоту выложила. Да и что скрывать, работать прежде всего с душой нужно, труда своего не жалеть, тогда и успехи будут.

— Это точно, — поддержала подругу Александра Афанасьевна, — труд наш нелегкий был. Ты телятницей, я дояркой работала. Каждый наш рабочий день в полпятого утра начинался. Снег, дождь, грязь, жара – сапоги резиновые надела и шагаешь на ферму. Асфальта тогда в селе и в помине не было, уличного освещения тоже. Бежишь бывало, вьюга метет, торопишься, чтобы успеть. Потом, когда все процессы механизировали, полегче вроде стало, но все равно сил много требовалось, чтобы трудиться в животноводстве. Правда, и руководство нас не обижало. И премии были, и медали, и ордена. В селе и сейчас самые добрые воспоминания о том, как руководили колхозом Виктория Ефимовна Дралкина, Иван Иванович Винник, как умело вела дела заведующая молочной фермой Анна Петровна Климова, как по‑доброму относился к нам секретарь парткома Анатолий Петрович Алейник. Они всегда понимали нас, а мы понимали их и старались не подводить в любом деле.

— Да, Шура, — вступила в разговор Прасковья Кузьминична, — больше, чем полжизни мы в резиновых сапогах протопали. Это только в кино доярок в белых халатах да чуть ли не в туфельках модных показывали. А в настоящей жизни… Особенно в те годы, как орден колхозу зарабатывали. Механизации на ферме практически никакой не было, корм коровам задать, навоз убрать, подоить всю закрепленную за тобой группу – все вручную. Правила санитарии строго нужно соблюдать. Вымя каждой корове перед дойкой помыть теплой водой, полотенцем вытереть, молоко надоенное через марлю процедить. Вот такая культура была.

— А мне не довелось мою группу коровок руками доить, — продолжила Любовь Павловна. Я до фермы свекловичницей работала, а когда в доярки подалась, то там уже все механизировано было. Но все равно забот, как говорят, невпроворот. А Иван Федорович, вот он с нами здесь, скотником и слесарем на ферме работал. Сейчас все мы на заслуженном отдыхе. А о том, что колхоз орденом был награжден, знаю. Только жаль вот, что нет уже колхоза.

Иван Игнатьевич Квитко и Николай Васильевич Ковтун тоже живут в Березовке, но уже на улице Коммунистической. Они из того поколения, которое хорошо знает, за что наградили орденом Ленина колхоз «Свободный труд».

Иван Игнатьевич Квитко знаком березовцам не только как односельчанин, но и как один из лучших механизаторов бывшего колхоза.

— Как окончил я в шестидесятых годах прошлого века училище в Новом Осколе, — начал он разговор при встрече, — так и работал всю жизнь механизатором. Пахал землю, убирал хлеб, сахарную свеклу. Работа, конечно, не для белоручек. Осенью в кабине трактора холодновато, а летом в комбайне жара донимает. Повесишь, бывало, в кабину «Колоса» штук пять вентиляторов, они и прохладу дают, но и пыль гоняют. Глянешь в зеркало – лицо черное, только глаза светятся. Но в уборочную страду, как говорится, час год кормит. Бригада у нас хорошая была. Все механизаторы трудолюбивые, опыта каждому не занимать. И соревновались между собой по – доброму, по – честному. Радовались не только своим успехам, но и успехам товарищей. Замечательный человек был наш бригадир Иван Михайлович Водяницкий, много наград за труд было у моего друга Ивана Алексеевича Ковтуна. Мы так, наверное, воспитаны были, что труд крестьянский нам не в тягость был. Если нужно, так сутками поле не покидали, чтобы вовремя выращенное убрать или почву под будущий урожай подготовить. Сегодня дело мое сын Юрий продолжает. Он окончил сельхозтехникум, получил профессию агронома, служил в армии по контракту, а сейчас вернулся в село и работает механизатором в Борисовской зерновой компании. Тоже один из лучших, в газете недавно портрет его был. Я им горжусь. Да, был когда‑то на нашей земле замечательный колхоз, крепкое хозяйство. В нем и высокие урожаи получали и труженика уважали. Вот мне, например, колхоз дом помог построить, профсоюз каждый год бесплатные путевки в санатории давал. Был я и в Прибалтике, и в южных здравницах, и в наших местных. Так что грех на то время обижаться. Да я и не гневаюсь.

— А я водителем был, — говорил Николай Васильевич Ковтун, — грузы всякие возил. А Виктория Ефимовна Дралкина тогда агрономом в колхозе работала. Когда выбирали нового председателя, люди за нее единогласно проголосовали, зная ее характер. Она была очень справедливой и честной, в любых ситуациях старалась понять человека и защитить его. Но могла и потребовать, наказать провинившихся, хотя, на мой взгляд, такое редко случалось. Так уж сложилась моя шоферская судьба, что с грузовой машины мне пришлось пересесть на председательский ГАЗ-69. Виктория Ефимовна редко сидела в своем кабинете. В течение дня она старалась побывать на поле, чтобы узнать, как идут дела у механизаторов. С поля ехала на ферму и, беседуя с животноводами, выясняла у них, что нужно еще сделать, чтобы облегчить их труд. Часто приходилось возить ее на различные совещания в район, в область. Бывало после них чуть ли не в слезах в кабину садилась. Я не пытался в таких случаях узнать, что произошло. Но она сама делилась горем, а уж радостью особенно. Так я и узнал от Виктории Ефимовны первым, что колхоз наш орденом наградили, что ей звание Герой Социалистического Труда присвоили. И про Москву она много рассказывала, когда возвращалась как депутат с очередной сессии Верховного Совета СССР. Да и депутатской работе она отдавала немало времени, вела приемы, встречалась с избирателями, стараясь решить их проблемы. Сама же жила очень скромно, и в быту ее жизнь мало чем отличалась от жизни рядового колхозника. Вот за это и уважали в селе председателя колхоза, Героя Социалистического Труда Викторию Ефимовну Дралкину. А когда она уходила на заслуженный отдых, то и здесь постаралась оставить на председательском посту своего ученика, достойного и мудрого человека Ивана Ивановича Винника. Он тоже долго и успешно руководил орденоносным колхозом «Свободный труд».

— В колхозе, — рассказывал Николай Кириллович Бедрицкий, — я начал трудиться, отслужив положенный срок в армии. Был это 1966 год. Дали мне тогда самосвал в полуразобранном состоянии, повозился с ремонтом, сделал и стал работать на этом автомобиле. Дорог тогда не было, дождик брызнул, бетонка от Березовки вроде совсем рядом, а пока доедешь до нее, уже и обедать пора. Но ездили. И жом с сахзавода возили, и песок из карьера, кирпич из Борисовки или Грайворона доставляли. За труд добросовестный нас всячески поощряли. Норму рейсов перевыполнишь, груза больше перевезешь, значит, получи три рубля премии. Это деньги по тем временам приличные были. Так что старались, как могли. То торжество, на котором орден вручали, хорошо помню. Мы, водители, вместе с плотниками сцену на лужайке сооружали, скамейки устанавливали, помогали оборудовать продавцам из райцентра и общепита места для торговли. Изобилия, какое было в тот августовский день, село наше не наблюдало даже в майские и ноябрьские праздники. А потом начальство прибыло, орден вручили, как положено, речи поздравительные произнесли, и пошла гулянка до поздней ночи. Веселье было неимоверным. Пели и плясали, угощались всяческими напитками, кто падал – поднимали, кто в драку лез – того успокаивали. Словом, гуляли на всю катушку, ведь такие праздники на селе редки были. А утром снова за работу. Сельская жизнь она такая. Одному скот кормить и поить нужно, другой в поле торопиться должен. Вот так и прошел праздник.

comments powered by HyperComments
Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×